Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск

Главная » 2010 » Март » 2 » За чем пойти учиться?..
За чем пойти учиться?..
18:09
В университете, где я училась, тремя любимыми буквами алфавита называли «ДСЗ» - день самостоятельных занятий, выходной, проще говоря. Встречается еще такая прелесть в некоторых человеколюбивых институтах. А для меня любимыми буквами остаются «ШМС». Почему? Давайте с начала.
Наверно, в подростковом возрасте каждый может почувствовать себя одиноким. Такие периоды у некоторых личностей затягиваются, у меня же депрессия по поводу «совершенноникомуненужности» (как мне тогда казалось) благополучно начала поглощать и студенческие годы. Правда, со стороны так могло не показаться, но я-то была уверена в собственной никчемности. Побывав как-то с группой на экскурсии в Даниловом монастыре, я узнала о молодежных православных курсах – Школе молодежного служения при Патриаршем центре духовного развития детей молодежи. Доверие к Православию во мне тогда уже пустило ростки, и я решила, что уж здесь можно найти друзей, еще и с такими же интересами, как у меня. В общем, отправилась сразу после экскурсии на собеседование, пришла на первое занятие, опоздав. Случайно? Думаю, нет. Потому что я зашла в лекционный зал буквально на словах отца Петра (Мещеринова): «Человек не без Бога даже в смерти. Бог всегда с человеком, и потому никогда человек не одинок». Мне кажется, это то самое, то главное, зачем я и пришла в Церковь, зачем пришла на эти курсы, а на двадцать лет раньше – то, зачем я родилась: узнать, понять, принять, что Бог всегда с человеком.
Учебу в Школе молодежного служения – лекции по «Основам православного мировоззрения» и по Евангелию, семинарские занятия – я совмещала с учебой и работой по вечерам и выходным. Иногда усталость от работы была такой, что уже думала – ехать или нет в Центр. Если решала не ехать и отправлялась домой, часто жалела. Если ехала все-таки в ШМС – не пожалела ни разу. За новыми знакомствами, друзьями выступало что-то гораздо более важное – я все больше узнавала о Боге, об общении с Ним в Таинствах и молитве, о том, что в Православии исконное, а что привнесено самой историей Церкви. Очень полезным для всех нас было то, что развенчивались некоторые мифы, предрассудки прошлого церковного опыта и в голове выстраивалось то, что наш любимый преподаватель – отец Петр – называет «иерархией церковных ценностей».
«Вечные вопросы» тоже вдруг вставали в новом ракурсе. Мир храма, мир евхаристической жизни оказался многомерным, непредставимым раньше. Часто слышу, как люди, пришедшие в Церковь, говорят: как будто ты жил в черно-белом мире, а потом – бац! – и включили цветность. Очень похожее чувство. И дверью в этот полноформатный мир были самые, казалось бы, обычные люди – наши преподаватели, а потом и мы сами. Ведь «душа по природе своей - христианка», и в ШМС мы узнавали не только о Церкви, но и о себе, т.е. о человеке в Церкви, о каждом из нас. Как будто ты не знал раньше самого важного, жил чужой жизнью и всё не находил своего пути, а потом оказалось, что все было рядом, – и слова Евангелия, обращенные именно к тебе именно в данный момент, и общение с такими, как ты, с теми, кто твоя семья – братья и сестры во Христе. До курсов я никогда не задумывалась о таких вещах, но они ведь стояли передо мной... Просто за суетой города, дел, того, что называется «проблемы», не было времени взглянуть в себя. А религиозность еще отдавала лубком, красивой картинкой, не имеющей отношения к жизни. В Школе молодежного служения приходит осознание того, что Евангелие – это не описание событий в жизни еврейского народа две тысячи лет назад, а то, что происходит здесь и сейчас с тобой – ведь на самом деле в каждом нашем шаге есть исповедание веры или отречение, благодарность или небрежение. И понимание того, что христиане – это не «побывал три раза в храме – на собственном крещении, венчании и отпевании». Это образ жизни человека, у которого в центре всего – Христос, и от этого уже все будет выстраиваться.
Для того духовного голода, который открылся во мне к моменту начала воцерковления, это было просто откровением. Совершенно по-новому прочитывалось Евангелие после того, как о. Георгий на занятиях давал исчерпывающие толкования святых отцов тому или иному отрывку. Это было удивительно, что вот мы, шэмээсовцы, сидим в этом зале и слушаем о том, о чем не поговоришь на перемене, что не обсудишь с родителями (с моими, по крайней мере), о чем не задашь вопрос коллеге в обеденный перерыв. А как же не говорить об этом, не узнавать, не спрашивать, если это о важнейшем – о жизни твоей души...
После лекции наши батюшки оказывались завалены записками с вопросами. Тут мы вообще не пропускали ни слова, ответы были и занимательными, и серьезными. Помню, был задан вопрос о разнице человека и животного пред лицом Бога и их посмертной участи. Кажется, формулировка была такой. Причем речь шла о существах еще «невинных» и «не успевших нагрешить» – ребенке и котенке. С самым серьезным видом отец Петр отвечает: «Безусловно, между котенком и ребенком есть та разница, что... (пауза) ... из котенка вырастет кот, а из ребенка человек. И как ты котенка не воспитывай, человека из него не будет». А уже после наших здоровых слез от смеха о. Петр говорит нам о том, насколько исключительна природа человеческой души и что есть свобода воли. Впрочем, весело было не только на лекциях – во всех делах был такой подъем и здоровый настрой на радость, на позитивное общение... Воистину, «всегда радуйтесь»!
Лекции были по понедельникам, по четвергам занятия были самыми разнообразными, было даже что-то типа «выездных семинаров». У Патриаршего центра много направлений работы, например, катехизические беседы в приемнике-распределителе или в центрах соцобеспечения. Мы бывали и в наркологическом детском диспансере. К тому моменту было уже немного удивительно – точнее, даже казалось странным – видеть детей, которым никто еще не сказал о Боге. И начинать разговор порой было очень сложно. Мы проповедовали своим примером – дружбой, проведением активных, но не агрессивных игр, вниманием к внутреннему миру ребенка. На практике познавали, как сложно говорить о самых простых вещах, которые взрослому верующему кажутся аксиомами. А здесь можно услышать вопрос о том, почему вообще добро лучше зла. Поверьте, даже на такой, казалось бы, простой вопрос невозможно ответить вне веры в Бога и бессмертие души. «Если нет Бога, то все позволено», а ведь дети это чувствуют лучше нас. В то же время на такие вопросы нужно ответить так, чтобы ты был правильно понят. Страшно углубляться в дебри патристики – нужно искать свои слова, понятные именно этому ребенку. И здесь не поверят даже самым логичным построениям, если не увидят веры в твоих глазах.
Стоит сразу оговориться, что в Школе молодежного служения нас не учили «приставать на улице с проповедями». И катехизация касалась, в первую очередь, нас самих, ведь прежде проповеди нужно разложить все по полочкам в своей голове, а заодно выгнать каких-нибудь тараканов типа ужасов ИННизации, страха перед новыми паспортами и т.д. А говорить о вере лучше с теми, кто хочет о ней услышать. Господь сам назначает встречу человеку, это Его прерогатива, и в столь прикровенный процесс нельзя вмешиваться безответственно. Мы можем только поддержать, дать возможность узнать больше, рассказать о своей встрече со Христом, но никто не в силах и не вправе навязывать веру, ведь пути Господни неисповедимы и Его промысел о вере и спасении человека – тоже. И иногда поселить в сердце человека доверие к миру Церкви – важнее и лучше для его последующего воцерковления, чем здесь и сейчас рассказать о всех особенностях прохождения Никейского собора.
Школа молодежного служения, наши занятия в ней дали ответы на многие вопросы и поставили новые. Как оставаться православным в мире, как не бояться отстаивать веру и при этом создавать адекватное представление о христианах у окружающих, как решать насущные проблемы – поиска друзей, создания семьи, выбора профессии – так, чтобы их решение не требовало компромиссов с совестью и не вносило раздор в отношения между близкими. А ведь нам не только надо найти такие ответы для себя, но и знать, что сказать человеку, который делает первые шаги к Богу и задает нам такие или еще более сложные вопросы. Иногда уже закончилось занятие, на котором мы просидели лишний час, разговаривая о чем-нибудь, и весь путь до метро мы еще обсуждаем услышанное, прочитанное...
А как мы обсуждали встречу с владыкой Кириллом, теперь уже Патриархом Московским и всея Руси! Речь шла о системе насаждаемых современным миром ценностей и о подлинной свободе христианина. До сих пор помню его слова о разнице между понятиями свободы и равенства и такое ёмкое сравнение: на английском газоне полное равенство, все травинки подстрижены одной газонокосилкой, вот то ли дело на полянке у нас в лесу – каждый к солнцу в свою длину вытянулся, никакого равенства, зато полная свобода. Встреча с о. Димитрием Смирновым нами тоже надолго запомнилась, на нее даже мой муж не поленился прийти и потом все интересовался, не поздно ли ему еще записаться на курсы. Жизнь в ШМС била ключом, всё время ощущалось это кипение чувства и мысли, то, чего порой так не хватает в обычной жизни. В Школе среди друзей-единомышленников легко находились ответы и решались вопросы. Сейчас мы «вылетели из гнезда», но с нами остается ощущение единства, общинности, духовной дружбы. Радуемся друг за друга – вот еще кто-то из «наших» вышел замуж, вот на еще одного малыша стало больше. За те два года, что прошли с окончания ШМС, в моей жизни тоже многое изменилось. Я успела закончить университет, выйти замуж, родить ребенка и скоро успею родить второго. Образ жизни и мы сами находимся в постоянном движении. И иногда, оглядываясь на прошлое, грустим о себе прежних. С ШМС не совсем так. В ходе воцерковления знания углубляются, неофитское горение сменяется ровным свечением веры в душе, приучаешь к вере уже своих малышей. А самое главное ведь так и остается неизменным – человек не без Бога даже в смерти. Бог всегда с человеком. Поверьте, за этим знанием стоило прийти.

Екатерина Голосова

Просмотров: 296 | Добавил: admin | Рейтинг: 5.0/2 |